— Тому художнику, — уточнила Нэнси.

— Верно, — кивнул Брайен. — Болье к тому времени уже несколько лет не было в живых, ферма пустовала. Уоррен приобрел ее за бесценок в расчете на то, что со временем продаст землю с большой выгодой. Одним словом, он решил, наконец, туда отправиться и как следует осмотреть всю ферму. И вот, роясь в бывшем коровнике, он наткнулся на спрятанное там. Это были четыре картины. Он нашел их прямо в стойле. Три картины представляли собой городские виды Нового Орлеана. А четвертая и была «Грезы Даниэль». Он просто глазам своим не мог поверить. А потом и мой отец, когда увидел портрет, был поражен не менее.

— Ну и история, — задумчиво произнесла Бесс.

— Где сейчас другие картины? — спросила Джорджи.

— Уоррен продал их одному знатоку живописи, мистеру Коху, — ответил Брайен. — У него галерея в Новом Орлеане. Кох горел желанием получить в свою коллекцию работы кисти Болье, которые до сих пор считались утерянными. Конечно, ему до смерти хотелось приобрести и «Грезы Даниэль». Но, я думаю, у него это никогда не получится. А за те три он дал Уоррену огромную сумму.

Рассказ Брайена был прерван появлением его отца.

— Поехали, — скомандовал он. — Брайен и вы все готовы? Я опаздываю на важную встречу.

Нэнси и ее друзья поблагодарили хозяина дома за то, что он разрешил им посмотреть картину, и вышли на улицу к машине. Брайен хотел было сесть за руль, но отец отстранил его.

— Сам поведу, — ворчливо буркнул он.

Компания забралась в седан. Девушки уселись сзади, а мужчины на переднем сиденье. Брайен сидел между отцом и Недом. Мистер Ситон сразу развил бешеную скорость, как бы желая поскорее отделаться от мыслей о Тайлере. Нэнси видела, что Брайен и его отец расстроены. Некоторое время все молчали. Но потом Бесс и Джорджи, нарушив молчание, начали оживленно обсуждать предстоящий костюмированный бал. Нэнси же продолжала наблюдать за отцом Брайена, не вмешиваясь в беседу подруг.